История 12. Шпильки, булавки и прочая политика

Летом 2006 года я работала на площади Маяковского и мне было удобно раз в неделю бегать в «Клуб на Брестской» в котором проходили политические дебаты. В то время это было самое модное место в Москве. Тут проводились презентации новых проектов, таких как «Живой Журнал» в печатном виде или фильм «Новая земля». На все мероприятия приглашали элиту жж, и меня в их числе. На таких вечеринках присутствовал алкоголь и они часто оканчивались непристойными сценами. Поэтому я никогда не оставалась до конца, не пила спиртного, только фотографировала, а потом выставляла в блоге смешные репортажи в виде комиксов. Можно сказать, ввела моду на этот жанр, который очень быстро стал популярным.

Дебаты Навального (Новодворская - Холмогоров)

2006 год. Политические дебаты от Алексея Навального. Валерия Новодворская VS Егор Холмогоров

Элитой жж тогда были либеральные молодёжные политики, тусовщики и журналисты (с ними я не ладила – у нас были расхождения во взглядах), а так же те, кто окормлялся в ФЭПе. С этими я рассорилась после неудачного пикета Тимофея Шевякова, который проходил под лозунгом «Нет насилию в политике». Точнее после моего репортажа, который высмеял это мероприятие и спровоцировал скандал, вызвавший раскол в Лиге консервативной журналистики (ЛКЖ).

К этому лету каждый из нас уже провел свою собственную акцию. Слава уличного бойца не давала покоя Тарлиту. Поэтому, когда scandal_max предложил провести митинг против насилия в политике, он ухватился за эту идею и с энтузиазмом стал подписывать на неё народ. Так как мероприятие задумано было как чисто либеральное, и приурочивалось к избиению Марины Литвинович abstract2001 – главного редактора сайта «Правда Беслана», многим оно показалось не по душе. Некоторые готовы были на практике продемонстрировать Тарлиту важность насилия в политике, но старшие соратники всё же усадили горячие головы за стол переговоров.

Дело всё в том, что молодой политтехнолог Марина Литвинович имела прямое отношение к проекту «Матери Беслана», который был создан после теракта в бесланской школе. Её обвиняли в том, что она, воспользовавшись горем матерей, создала на этом деле антипутинскую кампанию. Якобы за эту работу ей даже заплатили тёмные силы, что позволило Марине купить шикарную квартиру в центре Москвы. И будто бы за это же светлые силы избили её на улице, лишив передних зубов. Собственно это был первый удар по оппозиционным журналистам. Осенью 2006 года в день рождения Путина в подъезде собственного дома будет застрелена Анна Политковская, позже превращен в калеку Михаил Бекетов и искалечен Олег Кашин.

Так что Марине можно сказать повезло, легко отделалась, не считая негативного пиара, который ей устроили в главном пиар-агентстве страны. Цепной пёс режима mrparker резвился вовсю, организовав шутливое голосование в жж по поводу нападения на Литвинович. Сама Марина держалась стойко, не впадала в истерику. Естественно митинг в её поддержку вызвал бурю негативных эмоций со стороны казенных патриотов. Его пытались сорвать штатные провокаторы – женщины лет пятидесяти, которые горланили песни, перебивая выступающих. Рядом устроило свой контрмитинг молодёжное отделение ЛДПР. Вобщем митинг «Нет насилию в политике» прошёл тускло, на нем присутствовало не больше десяти унылых либеральных подростков с самодельными плакатиками и с десяток журналистов свободной прессы, которые занимались микросъемкой, чтоб не видно было реального количества участников.

tarlith, видимо считая себя великим стратегом, решил, что этот митинг поможет ему внедриться в ряды либералов. Но вышло не так, как он планировал. Я сделала шутливый репортаж о его митинге, и это добавило гнилых помидоров, которые в те дни летели в Тарлита со всех сторон. Позвонил Рич и попросил убрать издевательский пост, я не могла ему отказать, но надо быть блогером чтобы понимать – какая это мука не писать о том, о чём не можешь не писать, и маленькое самоубийство убирать посты, которые тебе кажутся удачными. Поэтому перед тем, как спрятать материал навсегда я попросила Славу Макарова перепостить его у себя. Ничего не подозревающий Слава так и сделал на радость блогерам, которых раздражал Шевяков. Они с удовольствием разнесли пост по всему интернету.

Тарлит бился в истерике, он угрожал Макарову убийством, писал гневный каммент за камментом. Весь жж наблюдал за этим срачем несколько суток, пока старшие товарищи не исключили Тарлита и Славу Макарова за публичный скандал из членов ЛКЖ. Тогда было решено собрать миротворческий семинар, где виновникам давался шанс урегулировать ситуацию. Мероприятие не привело к желаемому результату, оно стало началом холодной войны, которая длилась много месяцев. Выражалась она в том, что стороны придумывали друг про друга всякие гадости и жаловались друг на друга в конфликтную комиссию Живого Журнала. Там не разбираясь банили всех подряд, в итоге были навсегда уничтожены несколько аккаунтов, в том числе и старый жж Тарлита…

На семинар клуба «Товарищ», посвященный этой злободневной теме, Тарлит пришел с ножом. Он демонстрировал его присутствующим, сидя рядом с Ортегой – главным, на тот момент, его оппонентом со стороны либералов. На этом мероприятии я впервые увидела Станислава Яковлева (Ортега) el-cambio. Это был молодой человек, похожий на комсомольца, у него были широкие плечи и красивая спортивная фигура. А тесная футболка с надписью «ПОРА!» подчеркивала достоинства молодого растущего организма. Я сидела напротив, рядом с Мурзом, который нашел в себе силы посетить это мероприятие. Ничего не говорила, меня мало интересовало происходящее, я украдкой поглядывала на Ортегу. Лиза – бывшая любовница Славы Макарова и настоящая подружка Скандал-Макса, прочитала политическое стихотворение о русских патриотах, которое в нецензурных выражениях раскрывало суть русского патриотизма. Тор наехал на Ортегу, пытаясь узнать – какой институт был создан благодаря Оранжевой революции в Украине. В общем мероприятие явно не отвечало заявленной теме, если бы не финал – покалеченный возле своего дома Нестерович, поздно возвращавшийся с семинара домой.

* * *

С Сергеем Нестеровичем golosptic я познакомилась почти в одно время, что и с ребятами из КБ. Пожалуй, это один из самых добрых и бескорыстных людей, которых я встречала в жизни. Он состоял в Русском Общественном Движении, которым руководил Костяkrylov. В этой организации собрались люди, в большинстве своём мудрые, они вместо интриг и скандалов оказывали различную помощь русским, подвергающимся несправедливому преследованию со стороны закона.

Сергей Нестерович

Сергей Нестерович

Серёжа напоминал мне лесника, я и не думала, что такой типаж можно встретить в Москве. Скорей в дремучей тайге – небольшого роста мужичок с всклокоченной бородой и такой же взлохмаченной прической. Он один из первых, кто прочел мне несколько просветительских лекций по политической обстановке в стране и поведал сплетни о личной жизни видных представителей тусовки.

Сергей всегда приходил на помощь, даже когда я не звала, и всегда оказывался вовремя. Он единственный, кто приехал проведать меня с апельсинами и гранатовым соком, когда я получила сотрясение мозга в борьбе за хороший репортаж. Он первый из друзей, кто увидел мою дочь, которую я только что привезла из роддома. Он приходил ко мне по любому поводу, будь то испорченный компьютер или простая истерика. Серёжа был со мной с начала и до конца. И если я о чем и жалею, оглядываясь сегодня назад, так это о разлуке с такими друзьями как он, с которыми не страшно жить и умирать, сидеть в тюрьме и рожать детей. И всё чего я желаю своей дочке, так это чтоб ей так же повезло в жизни с такими людьми, как повезло мне.

* * *

В тот вечер Нестеровича избили люди одетые под скинхедов. Почему это произошло никто не знал, ходили слухи, что это связано с его бизнесом.

На следующий день я увидела новый срач в жж. Ортега с Тарлитом забивались драться в реале и обговаривали детали. Хотя было видно невооруженным взглядом, что оба ищут возможность соскочить. 90% стрелок, которые забиваются в виртуальном мире, в мир реальный не переносятся. А половина из оставшихся процентов заканчивается тем, что кто-то из сторон не приходит или неожиданно появляется милиция на радость всем участниками мероприятия. Я высказала своё мнение Ортеге и он предложил мне развить эту тему за чашечкой кофе.

Встретились мы в офисе Гарри Кимовича Каспарова. Находился он в центре Москвы. Просторное помещение из нескольких кабинетов, евроремонт и минимум офисной мебели. Стас устроил мне экскурсию, даже показал кабинет шефа, приоткрыв дверь: «Тут работает Гарри Кимович» – Каспаров не обернулся к нам. Станислав очень доходчиво рассказывал мне о целях и идеях либеральной оппозиции. А на мои редкие возражения, мол, сотрудничать с Западом против Родины нехорошо, отвечал резко: «Лучше я объединюсь с Западом против Путина, чем Путин объединиться с ним против меня». Я не могла не признать, что в его словах есть логика, хотя мне, как советскому ребенку, было сложно с ней согласиться.

– Ведь это были враги, которые разрушили мою Родину Советский Союз.

– Союз разрушили те, кто был у власти, им мало было красиво одеваться и ездить на дорогих машинах, они хотели иметь возможность открыто модно одеваться и ездить на иномарках.

* * *

Наше поколение едва ли может объективно говорить о временах до распада СССР, все мы тогда были детьми. Я помню, как после школы, вместо того, чтобы делать уроки, мы занимали очередь в магазине, чтоб купить хлеба. Иногда надо было стоять в нескольких очередях, если привозили масло и другие продукты. Я помню 1991 год, хоть и была тогда маленькой девочкой – необратимые процессы чувствовались физически, в воздухе витало зло. Вся семья следила за новостями. А потом в магазин завезли дорогущий Chupa Chups, который все стали сосать вместо леденцов на палочке, которые я готовила каждый вечер для всей семьи и друзей в школе. Батончики из плохого шоколада, польские кетчупы и ликёры гипнотизировали взрослых, они как дети покупали и покупали. За много лет подглядывания в замочную скважину за Западным миром у них появилась возможность попробовать его на вкус. И хотя вкус был так себе, яркая упаковка и названия, которые все знали по иностранным фильмам, заставляли забыть обо всех опасениях.

Мой отец радовался тому, что у него теперь появилась возможность открыть своё дело, о котором он так мечтал. Но всё, что у него получилось – это ларёк, который продавал польские товары, сигареты и палёную выпивку. Наши родители увлеклись коммерцией, а когда этот мыльный пузырь лопнул дефолтом 1998-го, остались ни с чем. При этом они совсем забыли о нас, о детях, которым государство уже ничего не давало: не давало стипендию, не предоставляло направление на работу и государственное жильё. В 17 лет я вышла из школы, после того как прозвенел последний звонок, и оказалась предоставленной самой себе.

* * *

Напоив кофе, Ортега проводил меня в метро, спустившись вместе со мной.

– Мой поезд.

– Ничего, пропустишь.

Он не отпустил мою руку, а резко сжал, подошёл близко-близко и поцеловал в губы. Я не ожидала поцелуя и не ожидала, что он будет таким страстным и возбуждающим, как глоток горячего глинтвейна, который тут же бьёт в голову и туманит сознание. Если бы в метро не было столько народу, я отдалась бы ему прямо на полу. А он всё целовал, не выпуская меня из рук. Земля ушла из-под ног, и я повисла на его плечах. Есть мужчины, от которых не хочется уходить, у них сильные руки, широкие плечи, крепкая прямая спина, от них веет теплом и уверенностью. Не знаю, сколько поездов мы пропустили, пока Стас не отпустил меня. Я ехала домой на автопилоте, как пьяная, чувствуя его поцелуй на своих губах и его запах на ладонях.

Он больше никогда меня не целовал, мы не встречались наедине, за это я благодарна ему и за то, что несмотря на различие во взглядах и совершенно разное окружение, он всегда в любой ситуации поддерживал меня…

Ортега

Ортега

В тот вечер в клубе были дебаты между Егором Холмогоровым и Валерией Новодворской, которые как обычно вел Алексейnavalny. Более скандального и комичного спарринга трудно было себе представить. Публика запаслась плакатами: «Обе дуры» и «ЕСД» – эта аббревиатура намекала на ранний возраст супруги Холмогорова, с которой он к тому моменту разошелся.

По версии Веры, Егор нашел себе другую и выгнал её из дому. Эту историю она рассказала, глотая виски в штабе «Красного Блицкрига», ей больше некуда было пойти. По версии мужа, молодая супруга в своём стремлении к независимости выбрала не ту компанию, которая могла бы понравиться ему. Он был патриотом на службе государства, а Вера столовалась у либеральной оппозиции. И её можно было понять – большую часть либеральной тусовки составляла молодёжь, бесстрашные писаки, которые выступали на митингах и делали репортажи для «Эха Москвы». Тогда как компания мужа состояла из взрослых, толстых мужиков с бородами, которые устраивали кухонные посиделки и корпели над аналитическими статьями.

Хотя истинные причины развода, по моему мнению, не в политических разногласиях. Но как бы то ни было, общественность резко осудила Егора за очередной развод, видимо жалея малолетнюю жену, и устроила в интернете чёрную компанию против Холмогорова. Егор не оправдывался, он выставлял в жж фотки своей дочурки и научил бывшую жену короткой фразе: «Как только речь заходит о нашем разводе отвечай – я не хочу об этом говорить!».

На эти дебаты я привела френда из Вашингтона, он прилетел в Москву на пару дней, чтобы найти себе вторую половинку. По его словам американки все воинствующие феминистки, а ему, как русскому мужику, хотелось бы женщину добрую, покладистую, которая любит блины и готова уехать с ним на край света. В клуб мы пришли рано, чтобы занять места – кода дебаты начнутся в зале будет сложно стоять и дышать. Выбрав себе стул – столики резервировались за много дней до мероприятия – я взяла лист бумаги и написала на нём: «Не садись, убью! Матильда», отправившись с заморским френдом, который очень хотел блинов с икрой, в ресторан.

Ресторан находился в другом зале клуба, там сидела Валерия Новодворская. Как всегда спокойная, объемная, взирающая на мир сквозь толстые стёкла очков и, казалось, не слышащая никого. Глядя на неё, мне казалось, что она вот-вот ухнет, замашет крыльями и улетит прямо на глазах у изумленной публики. Новодворская сидела прямо напротив нас, и, похоже, была погружена в летаргический сон, не обращая внимания на Илью Яшина, который суетился рядом с ней. Он что-то эмоционально говорил прямо сове в ухо на что та иногда кивала. Илья казался серым зайцем, худым после зимы, с облезлой шерстью, я не смогла сдержаться и сделала несколько фоток забавной парочки.

Когда мы вернулись, зал был полон, мне было сложно пробраться к стулу, который я заняла, но добравшись, туда с удивлением обнаружила, что на нём сидит какой-то молодой человек.

– Эй! — крикнула я ему прямо в ухо, из-за количества гостей в зале был жуткий гул – Это мой стул! — Парень явно не понимал, что от него хотят. – Ты разве не видел записку на нём?

– Не было на нём никакой записки, — замотал головой молодой человек.

– Это не важно, — прокричала я – Вставай! — парень послушно встал рядом с колонной, уступив мне мой стул.

На следующий день кто-то из карликовых юзеров написал мне в жж: «Матильда, а я сидел на твоём стуле». «Так это ты выкинул мою записку?», догадалась я. «Да, была там бумажечка с довольно хамским текстом, я её выкинул, и на стуле твоём немного посидел». На большее мои недоброжелатели способны не были.

На дебатах речь должна была идти о введении православного воспитания в школах, за что выступал Егор. Но беседа быстро переросла во взаимные обвинения политических оппонентов, подогреваемых толпой, которая дружно скандировала: «Е-С-Д!». А во время вопросов из зала Илья Яшин высказал своё мнение по поводу развода Егора с Верой. На что Холмогоров вместо ответа вскочил со сцены, и выволок на неё свою жену. Четвертая жена атомного православного, набрав воздух в лёгкие, выдохнула единственную фразу, которой научил её муж за месяцы совместной жизни: «Я не хочу об этом говорить» – и удалилась в зал.

Эпическая атака Егора Холмогорова

Эпическая атака Егора Холмогорова

Публике явно было этого мало, и она разгоняла ситуацию репликами и дружным воем. В конце-концов после очередного выпада в свой адрес Егор не выдержал, снова поднялся со своего места, одним прыжком пересёк сцену, схватил Яшина за голову и ударил об свою могучую коленку прямо лицом. Зал пришел в восторг, Навальный требовал охрану в студию, а зрители шампанского. Новодворская сидела на своём месте и вращала глазами под толстыми стёклами очков, кажется даже в разные стороны.

Дебаты на Брестской – это был скандал, иногда драка, реже уголовное дело, но всегда веселье, они отражали реальную политическую жизнь столицы без режиссуры и цензуры.


«    |    »